Диалектика качества и количества в возвышенном и низменном |
Диалектика |
 При сопоставлении возвышенного и низменного с прекрасным и безобразным бросается в глаза, что эти две пары эстетических категорий близки по своему смыслу. И действительно, мы видели, что они произросли из общего корня. Даже после того, как они приобрели самостоятельный эстетический смысл, во многих случаях одно и то же явление могло быть оценено и как прекрасное, и как возвышенное или, напротив, и как уродливое, и как низменное. Например, в знаменитом гоголевском описании Днепр одновременно и 'чуден', и 'величав'; с тем же правом мы могли бы сказать о Тарасе Бульбе, что он и прекрасен, и возвышен, а об Иване Ивановиче и Иване Никифоровиче, что они и уродливы, и низменны.Разумеется, далеко не всегда эстетическая характеристика явления бывает двойственной: любуясь Ветлу-гой, мы назовем эту реку красивой, но ощущения величия в нашей душе она не вызывает; точно так же, эстетически оценивая поведение человека в быту, мы говорим о красивых манерах, но было бы нелепо назвать манеры 'возвышенными'. Таким образом, близость рассматриваемых нами эстетических категорий не является их тождеством. Генетическая и логическая связь прекрасного и возвышенного коренится в том, что они являются положительными ценностями, говорящими о причастности предмета к Нашему идеалу, тогда как безобразное и низменное- свойства отрицательные, выражающие враждебность предмета идеалу, эстетические 'антиценности'. Отличие же одной пары эстетических качеств от другой проистекает из того, что соотношение реального и идеального имеет в каждой из них особый характер. Определяя это отличие наиболее общим образом, можно сказать, что прекрасное и безобразное выражают соотнесение реального и идеального в качественном отношении, а возвышенное и низменное - в отношении количественном. Следует сразу же оговорить, что в любом предмете его качественная и количественная определенности неразрывно взаимосвязаны. Реально нет качества вне количества и количества вне качества, и в эстетических свойствах предметов оба эти момента находятся в нераздельном единстве. Однако взаимоотношение между ними весьма неустойчиво, и потому эстетическое значение количественного фактора не является постоянным. В прекрасном отношение качества и количества имеет вид такого гармонического соответствия, которое философия называет мерой, в возвышенном же количественная сторона выступает на первый план и развивается столь активно, что разрывает границы меры, порождая безмерное и чрезмерное. Гоголь потому и писал о Днепре: '...без меры в ширину, без конца в длину'. Возвышенным оказывается такой предмет, такое явление, такой поступок, в которых с исключительной силой, с необыкновенным могуществом, с всепоглощающей энергией проявляется человеческий идеал. Низменным же становится тзкой характер, такое действие, в котором столь же безмерно и всемогуще воплощаются враждебные нашему идеалу качества. Идеалистическая эстетика, начиная с Лонгина, мистифицировано истолковывала свойственную возвышенному особую связь количества и качества: в огромном, колоссальном, безмерном усматривалось проявление могущества божества. Понятно, что представители материалистической эстетики восставали против подобных истолкований. Чернышевский, например, критикуя гегельянскую теорию возвышенного, приходил к выводу, что возвышенное есть просто самое большое или самое сильное в своем роде явление. Неудовлетворительность такого объяснения очевидна: если бы крыловская лягушка и раздулась до размеров быка, она не стала бы возвышенной; точно так же необыкновенная скупость Плюшкина не сделала его возвышенным. Уже эти примеры показывают, что количество приобретает эстетическую значимость не само по себе, не в абстрактном математическом отвлечении от качества - именно поэтому ни математика, ни астрономия, ни статистика не знают категории 'возвышенное', с какими бы огромными по значению числами они ни имели дело. Будучи неотрывной от качественной определенности реального и конкретного предмета, количественная его характеристика может иметь эстетическое значение лишь в зависимости от этого его качества. Иными словами, гигантская лягушка не становится эстетически равнозначной льву, и безмерная скупость не может иметь того эстетического значения, что безмерная самоотверженность. Почему же все-таки количественная определенность предмета влияет на характер эстетической оценки? Во-первых, потому, что количественная сторона существенно характеризует форму предметов и явлений, которая и служит, как мы уже знаем, носительницей их эстетической ценности. Вне определенных размеров и соразмерностей форма вообще реально не существует, а от этих ее качеств непосредственно зависят такие эстетические свойства, как пропорциональность, гармоничность, монументальность, масштабность. Во-вторых, в процессе эстетического восприятия человек бессознательно соотносит предмет с собственным своим размером, со своей силой и энергией. Небольшая речушка легко обозрима, ее нетрудно переплыть, она доступна человеку, соразмерна с его силами, и он чувствует себя по отношению к ней свободным. Отсюда и рождается то чувство удовольствия, которое человек испытывает, если он воспринимает эту реку эстетически. Когда же он видит перед собой другую реку - 'без меры в ширину, без конца в длину',- ее грандиозные размеры оказываются несоизмеримыми со скромными силами человека и значительно их превосходящими; река эта приобретает для него иное эстетическое значение, ибо ее восприятие рождает иные ощущения: чувство удовольствия перерастает здесь в чувство преклонения перед тем, что бесконечно превосходит скромные человеческие силы, возможности и представления. |
|
|
Читайте также: Диалектика качества и количества в возвышенном и низменном {date=j F Y} {date=j.m.Y}: Диалектика качества и количества в возвышенном и низменном Диалектика качества и количества в возвышенном и низменном! |
|
| Просмотрено: 5223 раз | 23 января 2009 |
