Моделирование идеальных объектов |
Диалектика |
 Эта особенность моделей - их отличие от реальных объектов, достигаемое в результате практической, а не чисто теоретической деятельности, - в полной мере относится к художественным образам и необыкновенно важна для понимания специфики искусства, ибо Гамлет и Дюльен Сорель, семейство Ростовых и семейство Артамоновых, бравый солдат Швейк и Василий Теркин- не просто результаты отражения и познания действительности, а сотворенные образные воплощения различных человеческих качеств и форм поведения. Мы хорошо знаем, что на самом деле не существовало этих людей, что они выдуманы художниками; реально жили другие люди, происходили другие события, и вымыслы художников остаются творчеством в воображении, а не подлинным материальным созиданием. Однако 'чудо' искусства в том и состоит, что этот мираж оно заставляет казаться жизненной реальностью. Ведь Андрей Болконский и Наташа Ростова являются для нас не менее полнокровными и достоверными личностями, чем тысячи людей, действительно живших в России в начале прошлого столетия, и о событиях, происшедших в 'Поднятой целине', мы рассуждаем так, как если бы они имели место в реальной жизни. Это возможно именно потому, что искусство как бы 'удваивает' реальный мир миром воображаемым. Художественно-образные модели в отличие от моделей научных не просто объясняют мир, но становятся рядом с реально существующим и воспринимаются нами как некая 'иллюзорная реальность'.Вот почему основным орудием художественного освоения мира является не абстрагирующая мысль, а такая творческая способность человеческого сознания, как воображение. Разумеется, речь идет не о противопоставлении мышления и фантазии, а лишь об определении различного их соотношения. Еще Белинский говорил, что и ученому нужна фантазия, и художнику нужен разум, но в каждом случае эти духовные силы играют разную роль. В искусстве именно воображение с помощью мышления создает образы, творит новое, небывалое, а в науке абстрактное мышление с помощью воображения открывает законы бытия. Поэтому созидание моделей имеет в науке подсобный характер и там, где можно без них обойтись, ученые к их помощи не прибегают. В искусстве же образы-модели - это сама его художественная плоть, вне которой оно вообще не существует как искусство, а подсобный характер имеют внеобразные рассуждения автора. Вот в каком смысле искусство является практической деятельностью, творчеством. Правда, понятие 'творчество' мы часто применяем и к деятельности ученого, но тут оно имеет уже не прямой, а переносный смысл: научное творчество есть не что иное, как открытие новых законов реального мира, созидается же новое не в сфере науки, а в сфере практики. Как бы ни были тесно связаны теория и практика, они остаются разными способами освоения действительности. Искусство же сливает воедино открытие и созидание, оно познает ценность реального бытия и одновременно творит новое 'бытие', иллюзорность которого искупается тем, что оно несет в себе особое содержание, отличное от содержания бытия реального. Тем самым выясняется наиболее существенное отличие образных моделей от моделей, используемых в научном познании. Функция последних - возможно более верно воссоздавать связи и отношения реального мира для познания объективной истины. Поэтому по построенной Бором модели атома можно судить о истинной его структуре, так же как по реконструкции облика Ивана Грозного, осуществленной антропологом М. Герасимовым, - о том, каким был Иван IV на самом деле. Образные же модели Грозного, созданные Антокольским и Репиным, Эйзенштейном и Черкасовым, не могут дать нам о нем достоверного представления, так как каждый из этих художников не только воссоздавал реальный облик и деяния русского царя, но и создавал своего Ивана - и похожего, и непохожего на исторический прототип. Даже в написанном непосредственно с натуры портретном изображении человека образ оказывается новым 'существом', которое порождено творческой фантазией художника. Если образная модель человека, события, ландшафта всего только воспроизводит реальность, она будет обладать документальной (исторической, этнографической, иллюстративной) ценностью, но никогда не обретет ценности художественной. Удивительно точно сформулировал этот закон еще Аристотель: искусство, говорил он, призвано рассказывать людям не о том, что было, а о том, что могло бы быть, и даже в тех случаях, когда оно повествует о действительно произошедшем, оно обязано представлять его как возможное или необходимое. Если научные модели нужны для того, чтобы заменять реальные объекты, недоступные непосредственному познанию, то образы искусства заменяют реальность, восполняя недостающие в жизненном опыте человека, но необходимые ему звенья и ситуации. Целью художественно-творческой деятельности является, по определению Белинского, воссоздание жизни 'в ее возможности', дабы человек мог через этот магический кристалл глубже постигать то, что есть в действительности. Необходимость созидания в искусстве новой, иллюзорной реальности, воображаемого бытия заключается именно в том, что в художественно-образной форме моделируется система объектно-субъектных, а не объектно-объектных отношений, ценностный аспект бытия, а не его 'в-себе-и-для-себя' бытие. Объективный мир, взятый в его самобытности и внеположенности субъекту, никакого ценностного значения не имеет, и поэтому в том виде, в каком он существует объективно, он не может и не должен быть воссоздан искусством! Искусству нужно преображать жизненную данность и строить из ее элементов нечто новое, отличное от нее и в каких-то отношениях на нее непохожее именно для того, чтобы образ объекта совпал, совместился с образом субъекта, чтобы изображение слилось с выражением, чтобы познание реальности оказалось одновременно ее ценностной интерпретацией. Достижение этой цели приводит к тому, что образные модели жизни имеют одновременно и условный, и безусловный характер. |
|
|
Читайте также: Моделирование идеальных объектов {date=j F Y} {date=j.m.Y}: Моделирование идеальных объектов Моделирование идеальных объектов! |
|
| Просмотрено: 4124 раз | 7 февраля 2009 |
